Это спасет мир!

----------
Перевод Б. Пастернака
----------

Измучась всем, я умереть хочу.
Тоска смотреть, как мается бедняк,
И как шутя живется богачу,
И доверять, и попадать впросак,

И наблюдать, как наглость лезет в свет,
И честь девичья катится ко дну,
И знать, что ходу совершенствам нет,
И видеть мощь у немощи в плену,

И вспоминать, что мысли замкнут рот,
И разум сносит глупости хулу,
И прямодушье простотой слывет,
И доброта прислуживает злу.

Измучась всем, не стал бы жить и дня,
Да другу трудно будет без меня.

Петров пришел во вторник на совещание. Ему там вынули мозг, разложили по блюдечкам и стали есть, причмокивая и вообще выражая всяческое одобрение. Начальник Петрова, Недозайцев, предусмотрительно раздал присутствующим десертные ложечки. И началось.

- Коллеги, - говорит Морковьева, - перед нашей организацией встала масштабная задача. Нам поступил на реализацию проект, в рамках которого нам требуется изобразить несколько красных линий. Вы готовы взвалить на себя эту задачу?
- Конечно, - говорит Недозайцев. Он директор, и всегда готов взвалить на себя проблему, которую придется нести кому-то из коллектива. Впрочем, он тут же уточняет. - Мы же это можем?
Начальник отдела рисования Сидоряхин торопливо кивает:
- Да, разумеется. Вот у нас как раз сидит Петров, он наш лучший специалист в области рисования красных линий. Мы его специально пригласили на совещание, чтобы он высказал свое компетентное мнение.
- Очень приятно, - говорит Морковьева. - Ну, меня вы все знаете. А это - Леночка, она специалист по дизайну в нашей организации.

Леночка покрывается краской и смущенно улыбается. Она недавно закончила экономический, и к дизайну имеет такое же отношение, как утконос к проектированию дирижаблей.

- Так вот, - говорит Морковьева. - Нам нужно нарисовать семь красных линий. Все они должны быть строго перпендикулярны, и кроме того, некоторые нужно нарисовать зеленым цветом, а еще некоторые - прозрачным. Как вы считаете, это реально?
- Нет, - говорит Петров.
- Давайте не будем торопиться с ответом, Петров, - говорит Сидоряхин. - Задача поставлена, и ее нужно решить. Вы же профессионал, Петров. Не давайте нам повода считать, что вы не профессионал.
- Видите ли, - объясняет Петров, - термин «красная линия» подразумевает, что цвет линии - красный. Нарисовать красную линию зеленым цветом не то, чтобы невозможно, но очень близко к невозможному...
- Петров, ну что значит «невозможно»? - спрашивает Сидоряхин.
- Я просто обрисовываю ситуацию. Возможно, есть люди, страдающие дальтонизмом, для которых действительно не будет иметь значения цвет линии, но я не уверен, что целевая аудитория вашего проекта состоит исключительно из таких людей.
- То есть, в принципе, это возможно, мы правильно вас понимаем, Петров? - спрашивает Морковьева.

Петров осознает, что переборщил с образностью.
- Скажем проще, - говорит он. - Линию, как таковую, можно нарисовать совершенно любым цветом. Но чтобы получилась красная линия, следует использовать только красный цвет.
- Петров, вы нас не путайте, пожалуйста. Только что вы говорили, что это возможно.

Петров молча проклинает свою болтливость.
- Нет, вы неправильно меня поняли. Я хотел лишь сказать, что в некоторых, крайне редких ситуациях, цвет линии не будет иметь значения, но даже и тогда - линия все равно не будет красной. Понимаете, она красной не будет! Она будет зеленой. А вам нужна красная.

Наступает непродолжительное молчание, в котором отчетливо слышится тихое напряженное гудение синапсов.
- А что если, - осененный идеей, произносит Недозайцев, - нарисовать их синим цветом?
- Все равно не получится, - качает головой Петров. - Если нарисовать синим - получатся синие линии.

Опять молчание. На этот раз его прерывает сам Петров.
- И я еще не понял... Что вы имели в виду, когда говорили о линиях прозрачного цвета?
Морковьева смотрит на него снисходительно, как добрая учительница на отстающего ученика.
- Ну, как вам объяснить?.. Петров, вы разве не знаете, что такое «прозрачный»?
- Знаю.
- И что такое «красная линия», надеюсь, вам тоже не надо объяснять?
- Нет, не надо.
- Ну вот. Вы нарисуйте нам красные линии прозрачным цветом.

Петров на секунду замирает, обдумывая ситуацию.
- И как должен выглядеть результат, будьте добры, опишите пожалуйста? Как вы себе это представляете?
- Ну-у-у, Петро-о-ов! - говорит Сидоряхин. - Ну давайте не будем... У нас что, детский сад? Кто здесь специалист по красным линиям, Морковьева или вы?
- Я просто пытаюсь прояснить для себя детали задания...
- Ну, а что тут непонятного-то?.. - встревает в разговор Недозайцев. - Вы же знаете, что такое красная линия?
- Да, но...
- И что такое «прозрачный», вам тоже ясно?
- Разумеется, но...
- Так что вам объяснять-то? Петров, ну давайте не будем опускаться до непродуктивных споров. Задача поставлена, задача ясная и четкая. Если у вас есть конкретные вопросы, так задавайте.
- Вы же профессионал, - добавляет Сидоряхин.
- Ладно, - сдается Петров. - Бог с ним, с цветом. Но у вас там еще что-то с перпендикулярностью?..
- Да, - с готовностью подтверждает Морковьева. - Семь линий, все строго перпендикулярны.
- Перпендикулярны чему? - уточняет Петров.

Морковьева начинает просматривать свои бумаги.
- Э-э-э, - говорит она наконец. - Ну, как бы... Всему. Между собой. Ну, или как там... Я не знаю. Я думала, это вы знаете, какие бывают перпендикулярные линии, - наконец находится она.
- Да конечно знает, - взмахивает руками Сидоряхин. - Профессионалы мы тут, или не профессионалы?..
- Перпендикулярны могут быть две линии, - терпеливо объясняет Петров. - Все семь одновременно не могут быть перпендикулярными по отношению друг к другу. Это геометрия, 6 класс.

Морковьева встряхивает головой, отгоняя замаячивший призрак давно забытого школьного образования. Недозайцев хлопает ладонью по столу:
- Петров, давайте без вот этого: «6 класс, 6 класс». Давайте будем взаимно вежливы. Не будем делать намеков и скатываться до оскорблений. Давайте поддерживать конструктивный диалог. Здесь же не идиоты собрались.
- Я тоже так считаю, - говорит Сидоряхин.

Петров придвигает к себе листок бумаги.
- Хорошо, - говорит он. - Давайте, я вам нарисую. Вот линия. Так?
Морковьева утвердительно кивает головой.
- Рисуем другую... - говорит Петров. - Она перпендикулярна первой?
- Ну-у...
- Да, она перпендикулярна.
- Ну вот видите! - радостно восклицает Морковьева.
- Подождите, это еще не все. Теперь рисуем третью... Она перпендикулярна первой линии?..
Вдумчивое молчание. Не дождавшись ответа, Петров отвечает сам:
- Да, первой линии она перпендикулярна. Но со второй линией она не пересекается. Со второй линией они параллельны.

Наступает тишина. Потом Морковьева встает со своего места и, обогнув стол, заходит Петрову с тыла, заглядывая ему через плечо.
- Ну... - неуверенно произносит она. - Наверное, да.
- Вот в этом и дело, - говорит Петров, стремясь закрепить достигнутый успех. - Пока линий две, они могут быть перпендикулярны. Как только их становится больше...
- А можно мне ручку? - просит Морковьева.
Петров отдает ручку. Морковьева осторожно проводит несколько неуверенных линий.
- А если так?..
Петров вздыхает.
- Это называется треугольник. Нет, это не перпендикулярные линии. К тому же их три, а не семь.
Морковьева поджимает губы.
- А почему они синие? - вдруг спрашивает Недозайцев.
- Да, кстати, - поддерживает Сидоряхин. - Сам хотел спросить.
Петров несколько раз моргает, разглядывая рисунок.
- У меня ручка синяя, - наконец говорит он. - Я же просто чтобы продемонстрировать...
- Ну, так может, в этом и дело? - нетерпеливо перебивает его Недозайцев тоном человека, который только что разобрался в сложной концепции и спешит поделиться ею с окружающими, пока мысль не потеряна. - У вас линии синие. Вы нарисуйте красные, и давайте посмотрим, что получится.
- Получится то же самое, - уверенно говорит Петров.
- Ну, как то же самое? - говорит Недозайцев. - Как вы можете быть уверены, если вы даже не попробовали? Вы нарисуйте красные, и посмотрим.
- У меня нет красной ручки с собой, - признается Петров. - Но я могу совершенно...
- А что же вы не подготовились, - укоризненно говорит Сидоряхин. - Знали же, что будет собрание...
- Я абсолютно точно могу вам сказать, - в отчаянии говорит Петров, - что красным цветом получится точно то же самое.
- Вы же сами нам в прошлый раз говорили, - парирует Сидоряхин, - что рисовать красные линии нужно красным цветом. Вот, я записал себе даже. А сами рисуете их синей ручкой. Это что, красные линии по-вашему?
- Кстати, да, - замечает Недозайцев. - Я же еще спрашивал вас про синий цвет. Что вы мне ответили?

Петрова внезапно спасает Леночка, с интересом изучающая его рисунок со своего места.
- Мне кажется, я понимаю, - говорит она. - Вы же сейчас не о цвете говорите, да? Это у вас про вот эту, как вы ее называете? Перпер-чего-то-там?
- Перпендикулярность линий, да, - благодарно отзывается Петров. - Она с цветом линий никак не связана.
- Все, вы меня запутали окончательно, - говорит Недозайцев, переводя взгляд с одного участника собрания на другого. - Так у нас с чем проблемы? С цветом или с перпендикулярностью?
Морковьева издает растерянные звуки и качает головой. Она тоже запуталась.
- И с тем, и с другим, - тихо говорит Петров.
- Я ничего не могу понять, - говорит Недозайцев, разглядывая свои сцепленные в замок пальцы. - Вот есть задача. Нужно всего-то семь красных линий. Я понимаю, их было бы двадцать!.. Но тут-то всего семь. Задача простая. Наши заказчики хотят семь перпендикулярных линий. Верно?
Морковьева кивает.
- И Сидоряхин вот тоже не видит проблемы, - говорит Недозайцев. - Я прав, Сидоряхин?.. Ну вот. Так что нам мешает выполнить задачу?
- Геометрия, - со вздохом говорит Петров.
- Ну, вы просто не обращайте на нее внимания, вот и все! - произносит Морковьева.

Петров молчит, собираясь с мыслями. В его мозгу рождаются одна за другой красочные метафоры, которые позволили бы донести до окружающих сюрреализм происходящего, но как назло, все они, облекаясь в слова, начинаются неизменно словом «Б***ь!», совершенно неуместным в рамках деловой беседы.

Устав ждать ответа, Недозайцев произносит:
- Петров, вы ответьте просто - вы можете сделать или вы не можете? Я понимаю, что вы узкий специалист и не видите общей картины. Но это же несложно - нарисовать какие-то семь линий? Обсуждаем уже два часа какую-то ерунду, никак не можем прийти к решению.
- Да, - говорит Сидоряхин. - Вы вот только критикуете и говорите: «Невозможно! Невозможно!» Вы предложите нам свое решение проблемы! А то критиковать и дурак может, простите за выражение. Вы же профессионал!

Петров устало изрекает:
- Хорошо. Давайте я нарисую вам две гарантированно перпендикулярные красные линии, а остальные - прозрачным цветом. Они будут прозрачны, и их не будет видно, но я их нарисую. Вас это устроит?
- Нас это устроит? - оборачивается Морковьева к Леночке. - Да, нас устроит.
- Только еще хотя бы пару - зеленым цветом, - добавляет Леночка. - И еще у меня такой вопрос, можно?
- Да, - мертвым голосом разрешает Петров.
- Можно одну линию изобразить в виде котенка?

Петров молчит несколько секунд, а потом переспрашивает:
- Что?
- Ну, в виде котенка. Котеночка. Нашим пользователям нравятся зверюшки. Было бы очень здорово...
- Нет, - говорит Петров.
- А почему?
- Нет, я конечно могу нарисовать вам кота. Я не художник, но могу попытаться. Только это будет уже не линия. Это будет кот. Линия и кот - разные вещи.
- Котенок, - уточняет Морковьева. - Не кот, а котенок, такой маленький, симпатичный. Коты, они...
- Да все равно, - качает головой Петров.
- Совсем никак, да?.. - разочарованно спрашивает Леночка.
- Петров, вы хоть дослушали бы до конца, - раздраженно говорит Недозайцев. - Не дослушали, а уже говорите «Нет».
- Я понял мысль, - не поднимая взгляда от стола, говорит Петров. - Нарисовать линию в виде котенка невозможно.
- Ну и не надо тогда, - разрешает Леночка. - А птичку тоже не получится?
Петров молча поднимает на нее взгляд и Леночка все понимает.
- Ну и не надо тогда, - снова повторяет она.

Недозайцев хлопает ладонью по столу.
- Так на чем мы остановились? Что мы делаем?
- Семь красных линий, - говорит Морковьева. - Две красным цветом, и две зеленым, и остальные прозрачным. Да? Я же правильно поняла?
- Да, - подтверждает Сидоряхин прежде, чем Петров успевает открыть рот.
Недозайцев удовлетворенно кивает.
- Вот и отлично... Ну, тогда все, коллеги?.. Расходимся?.. Еще вопросы есть?..
- Ой, - вспоминает Леночка. - У нас еще есть красный воздушный шарик! Скажите, вы можете его надуть?
- Да, кстати, - говорит Морковьева. - Давайте это тоже сразу обсудим, чтобы два раза не собираться.
- Петров, - поворачивается Недозайцев к Петрову. - Мы это можем?
- А какое отношение ко мне имеет шарик? - удивленно спрашивает Петров.
- Он красный, - поясняет Леночка.

Петров тупо молчит, подрагивая кончиками пальцев.
- Петров, - нервно переспрашивает Недозайцев. - Так вы это можете или не можете? Простой же вопрос.
- Ну, - осторожно говорит Петров, - в принципе, я конечно могу, но...
- Хорошо, - кивает Недозайцев. - Съездите к ним, надуйте. Командировочные, если потребуется, выпишем.
- Завтра можно? - спрашивает Морковьева.
- Конечно, - отвечает Недозайцев. - Я думаю, проблем не будет... Ну, теперь у нас все?.. Отлично. Продуктивно поработали... Всем спасибо и до свидания!

Петров несколько раз моргает, чтобы вернуться в объективную реальность, потом встает и медленно бредет к выходу. У самого выхода Леночка догоняет его.
- А можно еще вас попросить? - краснея, говорит Леночка. - Вы когда шарик будете надувать... Вы можете надуть его в форме котенка?..
Петров вздыхает.
- Я все могу, - говорит он. - Я могу абсолютно все. Я профессионал."